Частную энергетику трудно заставить делать то, что ей невыгодно

Частную энергетику трудно заставить делать то, что ей невыгодноРовно два года назад прекратило свое существование РАО «ЕЭС России». Но лишь в феврале нынешнего года правительство приняло решение о запуске долгосрочного рынка мощности, который должен обеспечить ввод генерации под растущий спрос, привлечение в отрасль частных инвестиций.Частную энергетику трудно заставить делать то, что ей невыгодноРовно два года назад прекратило свое существование РАО «ЕЭС России». Но лишь в феврале нынешнего года правительство приняло решение о запуске долгосрочного рынка мощности, который должен обеспечить ввод генерации под растущий спрос, привлечение в отрасль частных инвестиций.

На очереди — запуск рынка системных услуг для поддержки надежности и качества функционирования энергосистемы... Однако настораживает, что уже проведенные преобразования привели не совсем к тем результатам, которые изначально планировали для себя реформаторы, пишет «Российская газета».
В 2003—2004 гг., когда в РАО «ЕЭС России» разрабатывалась пореформенная структура отрасли, основным ее принципом стала идея: ни тени монополизма на рынке межрегиональных генерирующих мощностей. В результате было решено создать 6 тепловых компаний оптового генерирующего рынка (ОГК) и 14 территориальных генерирующих (ТГК), объединивших небольшие ТЭЦ в соседних регионах. Крупные ГЭС вошли в состав «РусГидро». Кроме того, самостоятельными производителями электроэнергии остались «Росэнергоатом» и генерирующие компании, сформированные на основе «Башкирэнерго», «Татэнерго», «Иркутскэнерго» и т.д. Предполагалось, все они будут активно конкурировать друг с другом, что замедлит темпы роста цен или даже приведет к их снижению.

Что же из всего этого вышло? В предкризисные 2006—2008 годы цены росли на редкость быстрыми темпами. Чему способствовали не только объективные факторы, но и особенности проведения самой реформы. При формировании ТГК и ОГК не был учтен фактор связности региональных энергосистем — возможностей ЛЭП попросту не хватало для свободного перетока энергии и потому единое рыночное пространство могло существовать лишь гипотетически. Во многих дефицитных регионах спрос на старые неэффективные мощности ничуть не снизился, тогда как в соседних энергоизбыточных территориях более современные электростанции часто работали лишь на 30-40% от установленной мощности. Все это обусловило дополнительные издержки, наглядно показав, что простым «введением рынка» невозможно решить сугубо технические проблемы.

Другим аспектом, не учтенным в полной мере при приватизации тепловой генерации, стал региональный монополизм — многие стратегические инвесторы покупали активы в соседних регионах. Например, «КЭС-Холдинг», один из крупнейших инвесторов в электроэнергетику, приобрел пакеты акций в ТГК-5, ТГК-6, ТГК-7 и ТГК-9 — фактически компания получила контроль над тепловой энергетикой большей части Поволжья и Урала.

В результате вместо одной большой компании, находящейся под государственным контролем, экономика страны получила ряд относительно небольших независимых и неконтролируемых компаний, но обладающих огромной рыночной силой на «своих» отдельных региональных рынках. Экономический кризис привел к некоторому снижению цен на оптовом рынке электроэнергии, однако к сегодняшнему дню цены достигли уровня 2007 года и уверенно устремились к максимумам 2008-го. Поэтому в последние месяцы правительство приняло целый ряд решений, направленных на замедление темпов роста цен и борьбу со сговором производителей. Однако на деле это означает не более чем возврат к директивным вожжам времен РАО «ЕЭС России» и снижению привлекательности отрасли для частных инвесторов. В этих условиях, как показывает опыт развитых стран, единственный выход — развитие электросетей и усиление антимонопольных расследований.

Введение конкурентного рынка электроэнергии, запуск рынка мощности и приватизация тепловых генерирующих компаний должны были помочь достижению главной цели: привлечь инвестиции для модернизации и строительства новых мощностей, повысить операционную эффективность предприятий отрасли. И в итоге компенсировать тотальное недофинансирование отрасли в 1990-х годах. В 2006-м, на фоне стремительно растущего спроса на электроэнергию и необходимости значительного увеличения объемов строительства новых мощностей, привлечение частных инвестиций казалось единственно правильным решением. Принятая в 2007 году Генеральная схема размещения объектов электроэнергетики до 2020 года предполагала рост спроса в среднем на 4-5% ежегодно. Это сравнимо с показателями 1970—1980 гг., когда быстро рос спрос энергоемких отраслей промышленности, жилого комплекса и сферы услуг при крайне невысоких темпах внедрения энергосберегающих технологий.

В итоге, согласно этим оценкам, к 2020 году спрос на электроэнергию к 2020 г. должен был вырасти в 1,8-2,1 раза, для его покрытия требовалось ввести 186 ГВт генерирующих мощностей, в основном в тепловой энергетике. Планы по их строительству были закреплены специальными договорами с частными инвесторами, обязавшимися построить все запланированные РАО «ЕЭС России» мощности. При этом предполагалось значительно увеличить цены на электроэнергию (в 2-2,5 раза без учета инфляции с 2006 по 2020 год). Хотя трудно представить ситуацию, при которой высокие темпы роста физического спроса сочетаются с высокими ценами на тот же ресурс. С другой стороны, реализация масштабных планов, заложенных в Генсхему, требовала огромных инвестиций, что и вовсе нереально при сохранении низких цен на электроэнергию.

В результате частные инвесторы обязались построить около 40 ГВт новых генерирующих мощностей, причем уже в 2010 году вести 11,7 ГВт, что стало бы рекордом не только в новой российской, но и в советской истории. Однако к началу 2010 года работы велись лишь на половине объектов, ввод многих строящихся энергоблоков решено было перенести на более поздний срок. Экономический кризис 2008—2009 годов и падение потребления стали для многих инвесторов спасением от неотложных расходов и формальным поводом для отказа от строительства. Основная же причина случившегося — явное завышение прогнозов спроса на электроэнергию в Генеральной схеме, в результате чего новое строительство во многих регионах привело бы к созданию мощностей, которые никогда бы не были востребованы рынком. Например, новый прогноз спроса на электроэнергию, подготовленный минэнерго в 2010 году, ниже значений, заложенных в Генсхему на 20%, а по ОЭС Северо-Запада — на все 30.

Наконец стало очевидным то, о чем многие независимые эксперты заявляли еще в 2005—2006 годах, — экономический рост в ближайшие годы будет сопровождаться относительно низкими темпами роста спроса на энергоресурсы, расширением использования энергоэффективных технологий, и потому ввод новых мощностей в первую очередь должен быть преимущественно направлен на замену устаревших в уже развернутых центрах производства, а не в районах освоения. Что касается энергокомпаний, то они должны будут отказаться от масштабных, но экономически и особенно экологически крайне спорных проектов, таких, например, как Эвенкийская ГЭС.

Pin It

Добавить комментарий